В нашем танцевальном бизнесе главный риск – репутационный

от Анастасия

Алексей Миндель, совладелец, генеральный директор сети танцевальных клубов GallaDance

Вы по специальности физик. Как Вы пришли в танцы и сделали из бальных танцев ещё и прибыльный бизнес?

Я по специальности учитель физики, астрономии, математики, у меня педагогическое образование. Я с 10 лет занимался танцами, мне нравилось это. И где-то в 16 лет я понял, что не буду чемпионом мира или даже чемпионом Москвы. При этом у меня был достаточно хороший результат, но он не был выдающимся. И я понял, что мне нужно получить высшее образование.

Поскольку у меня был очень харизматичный классный руководитель, и очень хорошо шли точные науки, то он посоветовал мне идти в педагогический институт, получить образование, а дальше уже определяться, что делать в жизни.

Где-то с 3-го курса института я начал активно заниматься продюсерской деятельностью, был менеджером детского коллектива. Так или иначе моя жизнь стала связана с телевидением, и тогда я понял, что уже никогда не переступлю порог школьного танцевального зала.

Но в то же время педагогическое образование дало мне определённые знания, навыки общения, управления. Точные науки приучили меня хорошо владеть цифрами, прогнозировать, решать какие-то задачи.

Одно из проводимых Вами известных и успешных мероприятий – это «Кубок Спартака». Причём это была именно Ваша идея проводить такой танцевальный турнир – праздник танца. Откуда взялась технология проведения в России таких мероприятий? Ведь потом из них выросли ваши другие мероприятия.

Это была наша общая идея с руководителями московского Спартака, общества Спартак и главными тренерами танцевального центра Спартак.

Однажды я ехал в метро, увидел афиши Кубка Спартака по хоккею, и вдруг понял, что хочу, чтобы наши танцевальные турниры приобрели такой же статус и стали так же популярны.

У меня было глубокое убеждение, что раз мы продаём билеты на мероприятие, то оно должно строиться по законам шоу-бизнеса. Должна быть какая-то интрига, звезда, должны быть артисты и именно это привлечёт людей в зал. Мы придумывали разные истории, делали специально промо-туры.

Как появилась история с GallaDance?

Всё это родилось из Кубка Спартака. Поскольку Кубок Спартака родился в Лужниках, на одном из наших проектов присутствовал генеральный директор Лужников – Владимир Алёшин, который увидел, как мы проводим мероприятие, понял, что у нас серьёзная организация. Познакомил меня с Ольгой Панченко и предложил в одном из помещений VIP-клуба Лужники сделать танцевальную студию.

Если говорить о технологии построения бизнеса, вы её откуда-то позаимствовали? Ваша бизнес-модель значительно отличается от того, что в России было до этого.

Я не могу сказать, что мы позаимствовали. Конечно, мы изучали опыт американских школ танцев, который, наверное, самый большой на Земле. Кстати, если говорить про франшизы, то 2-я франшиза в мире – это франшиза танцевальной студии Артура Мюррея. Мы посмотрели, что происходит там, посмотрели, что происходит в Европе, там совершенно другая модель. И сделали некий синтез, учитывая наш российский менталитет, и получилось удачно.

В Бизнес-модели и в Америке, и в Европе танцы (обучение танцам) стоят на 1-м месте. А мы сделали это стилем жизни. И в этом принципиальная разница. Основа нашей бизнес-концепции – это не столько обучение танцам, сколько организация красивых вечеров, мероприятий, вечеринок разного формата.

Давайте поговорим об особенностях менталитета и танцевальной специфике в России. Насколько было сложно привлекать клиентов? И как обстоят дела сейчас? Люди в России любят танцевать, хотят танцевать?

Я не могу сказать, что нам было как-то очень сложно привлекать клиентов. Мне кажется, в России все девочки точно мечтали танцевать. У мужчин эта потребность возникла, наверное, после того, как они стали активно выезжать и вести переговоры с иностранными партнёрами, где после формальной части наступает неформальная часть, и нужно чувствовать себя уверенно, а не нервно уходить в коридор, чтобы не выйти на танцпол.

Умение танцевать – это дополнительная степень свободы и уверенности для мужчины. А для мужчин самое важное – чувствовать себя уверенно в любой ситуации.

По нашим данным, всё больше и больше мужчин приходит в танцевальные клубы. В разных клубах по-разному, есть клубы, где занимается до 35% мужчин. Отношение мужчин к занятиям танцами меняется. У нас даже на наших непрофессиональных конкурсах всё больше и больше участников-мужчин. Понятно, что гораздо меньше, чем дам, но тем не менее они появляются.

А можете оценить прирост клиентов с 2001 года к текущему моменту? Насколько выросли объёмы?

Если говорить о наших клиентах, то объемы выросли в 20 раз. Мы начинали со 100 клиентов, а сейчас у нас по России порядка 5 тысяч клиентов клуба.

Мы гордимся тем, что, в принципе, 70% наших членов клуба продлевают членство из года в год.

Для нас это считается хорошим показателем. Мы действительно держим свои показатели. И для нас это признание того, что наши сотрудники делают что-то очень важное для членов клуба.

У вас 6 танцевальных клубов в Москве и 5 по России: Екатеринбург, Санкт-Петербург (в Петербурге 2 клуба), Ростов-на-Дону, Пермь. Почему в других городах развитие происходит по франшизе?

Наше сознательное решение, что мы не пойдём сами в города, поскольку наши вложения в управление клубами в городах будут не оправдано высоки. Поэтому нам очень хочется, чтобы в каждом городе был собственник, который кровно заинтересован в работе клуба.

Мы передаём всю технологию, безусловно, управляющая компания контролирует соблюдение стандартов и выполнение всех наших процедур. Но наличие собственника на месте позволяет нам быть уверенными в том, что члены клуба получают тот же уровень сервиса, что и в Москве.

Планируем привлекать новые города. План до конца 2012 года – 15 клубов. Нам нужно ещё 4 города.

Рентабельность клубов в городах обычно гораздо выше, чем в Москве.

В Москве рентабельность от 6% до 16%. У нас услуги премиум класса.                       

Конкуренция на этом рынке чувствуется?

Безусловно. Конечно, когда мы начинали, ничего подобного не было. Мы были просто как летающая тарелка, приземлившаяся в Шереметьево, но и нас тогда мало, кто знал.

Когда мы уже приняли решение делать сеть, конечно, ситуация изменилась. Мы сами начали активно промоутировать наш бренд, наши технологии. Некоторые наши члены клуба вдохновились и решили открыть свои собственные заведения, некоторые наши преподаватели попытались сделать тоже самое.

Но нашими основными конкурентами, как это ни странно, мы считаем преподавателей танцев (не только наших), которые работают частным образом и дают индивидуальные уроки.

Фитнес-клубы мы тоже считаем своими конкурентами, считаем нашими конкурентами другие виды досуга. Для нас главный конкурент – это йога, фитнес. Но у нас есть мощное оружие в виде зумбы, которая пришла к нам из Голливуда, это смесь танцевальных американских ритмов и кардио нагрузки, то, что позволяет быстро и легко поддерживать форму.

Научить танцевать можно любого?

Конечно. Есть известная фраза, если вы умеете ходить – вы умеете танцевать. Просто для кого-то поймать ритм – 5 минут времени, а кому-то потребуется 5 дней. Но в нашей уже 11-летней истории не было случая, когда человек ушёл из клуба и сказал, что нет, я не могу танцевать. Каждый себе ставит определённую планку.

Есть сейчас какая-то модная тенденция в танцах?

Продолжается мода на аргентинское танго. По-прежнему остались очень популярными направления танцев Карибского бассейна: бачата, меренга, сальса.

Сейчас всё больше и больше девушек начинают заниматься R’n’B, сольными программами, современными, клубными танцами.

В вашей работе большое значение имеют люди, которые преподают. Как обстоит дело со специалистами?

На сегодняшний день у нас работает порядка 200 преподавателей по стране. Это очень талантливые, профессиональные люди в широком смысле этого слова. Некоторые из них имеют громкие профессиональные титулы.

Но когда мы говорим, что это профессиональные преподаватели, мы гораздо шире рассматриваем этот вопрос. Это люди, которые на второй план могут убрать свои личные проблемы и переживания, и полностью погрузиться в решение эмоциональных проблем тех членов клуба, которые пришли к ним на урок.

У вас преподаватели разделены по категориям. Означает ли это, что преподаватель 1 категории будет учить лучше, качественнее?

Градация преподавателей – это своего рода признание их опыта и заслуг. Мы совершенно честно говорим нашим гостям, что на первом этапе вам совершенно не важен уровень, класс преподавателя, главное, чтобы это был позитивный человек, который вас действительно увлечёт занятиями танцами, сделает ваше настроение лучше.

Одна из ценностей нашей компании – это честность и открытость между сотрудниками и по отношению к нашим гостям.

Насколько это дорогое удовольствие – обучение танцам?

Мы следим за тенденциями на рынке, проводим анализ цен у наших конкурентов, коллег. И могу сказать, что на сегодняшний день GallaDance предлагает такую широкую линейку клубных карт, что некоторые наши карты стоят ниже средней границы. Единственное, что мы клуб и просим приобретать клубные карты.

Каковы ваши амбиции как владельца танцевальных клубов на ближайшие 1-3 года?

Мы собираемся в среднесрочной перспективе основные свои усилия направить на развитие франчайзинговой сети, если говорить про GallaDance. Мы надеемся, что откроем порядка 50 танцевальных студий D-FUSION by GallaDance.

Что является главным риском в вашем бизнесе?

Я бы сказал, что в нашем бизнесе главный – это репутационный риск. Для нас очень важна репутация, многие уходили с нашими технологиями, использовали те же самые программы, но у них не получалось.

В наших клубах каждый преподаватель ведёт дневник успехов каждого студента, где записывается каждый урок, где раз в 3 месяца членам клуба предлагается в весёлой, шуточной форме сделать next level party, сдать некий зачёт, который говорит о том, что человек двигается.

У вас есть некий эталон в бизнесе? К чему вы стремитесь?

Я не задумывался об этом. Я себе ставлю какие-то свои цели.

Ваш любимый танец?

Мне очень нравится румба. Становлюсь фанатом направления American Smooth, это танцы европейской программы, но американцы пошли дальше, партнёр и партнёрша не обязательно находятся в паре, делают поддержки, вращения.

0 комментарий

Смотрите также: